Кроваво-красное (1975)
Profondo rosso
1975
  1. Главная
  2. »
  3. Фильмы
  4. »
  5. Кроваво-красное
BDRemux  многоголосый закадровый 127 мин. Детектив / Триллер / Ужасы
7,2КиноПоиск
7,7IMDb
  • Описание
  • Рецензии
Во время лекции на конгрессе парапсихологии женщина, читавшая лекцию и разгадывавшая имена присутствующих в зале и что у них в кармане, забилась в припадке, утверждая, что в зале смерть, что она видит страшное убийство на вилле, что она слышит ребяческую песенку. И в ту же ночь ее зверски зарезал громадным тесаком человек в плаще, которого видел джазовый пианист. Невольно пианист втягивается в эту историю и начинает свое собственное расследование.

Фильм Кроваво-красное (1975) смотреть онлайн бесплатно в хорошем качестве

Колористика страха или в тоне убийств с особой жестокостью.
«Стиль - вот в чем все дело. Стиль - вот ответ на все вопросы» считал американский поэт Чарльз Буковски. Как никто другие, его мнение поддержали бы основатели жанра Джалло в кинематографе Марио Бава и Дарио Ардженто. В их творчестве стиль - это не просто один из элементов фильма, но формообразующий фундаментальный каркас всей картины. Он пропитывает собой все, включая содержательную и дискурсивную сторону ленты, являясь для нее основным генератором. Все дело в том, что в подобного рода жанре привычная рациональность, линейность и глубина теряют приоритет перед чистой эстетикой, образностью и вечно ускользающей и текучей поверхностностью, которая «тем верней своим искусом губит человека, что может никакой от века загадки нет и не было у ней». В чем-то идеология «Джалло» даже близка «вечной женственности», она завлекает, заманивает, очаровывает, заставляет искать какое-то основание, причину, дно... а дна - нет.

Вот так и герой знаменитого актера Дэвида Хеммингса - Маркус Дейли становится невольным свидетелем жестокого убийства, после чего уже НЕ В СИЛАХ противостоять соблазну найти его разгадку, истину и разумное объяснение (идеальная роль для Хэммингса, повторяющего самого себя из «Фотоувеличения»). Он добровольно втягивается в запутанную и кровавую историю, число жертв в которой неуклонно возрастает. Маньяк парадоксальным образом всегда оказывается на шаг впереди, что невольно наводит на мысль о каких-то его сверх-человеческих способностях. Словно некие высшие, могущественные духи зла поддерживают и питают убийцу потусторонними силами. Но Маркус же, хоть и просто человек, да еще притом довольно слабый физически, оказывается не из робкого десятка и готов взглянуть в лицо смерти и хаоса.

В фильме использованы привычные для «джалло» фольклорные, мифологические и спиритуалистические мотивы, сдобренные доброй порцией парапсихологии. Ардженто словно дистиллирует из них все самое тревожное, необъяснимое и загадочное, после чего полученные эссенции аккуратно перемешиваются, но не взбалтываются. В итоге получается ядреная, оригинальная и неповторимая смесь сюрреалистического кошмара.

Что же касается чисто нарративной составляющей, обычно хромающей в Джалло на обе ноги, то тут «Кроваво-красное» приятно удивляет. Вопреки ожиданиям, между потрясающими по стилистике и гениальными с точки зрения художественной выразительности сценами убийств, действие наполняется чрезвычайно интригующей, внятной и оригинальной, детективной историей и ритмичной романтической линией Маркуса и журналистки Джанны. Не в последнюю очередь положительный результат достигается благодаря отличной актерской игре тандема Дэвида Хэммингса и Дарии Николоди. Сцены их взаимных заигрываний, флирта и просто дурачества выглядят свежо, легко и ненавязчиво, что играет на руку фильму. Да, и в ленте в целом наблюдается как бы стремление к гармоничной, взаимосвязанной и равновесной репрезентации красочных убийств и неторопливой, неспешной (в ритме соула и джаза, основных музыкальных направлений для «Кроваво-Красного») историей их расследования. Следует заметить, что для «Джалло» это явление довольно редкое, ведь в большинстве своем этот жанр близок к мюзиклу и т. н. «шоу-стопперам», главными элементами в которых являются только отдельные музыкальные номера (в данном случае сцены смерти). Интерес к сюжету подогревается тем фактом, что Ардженто ведет двойную, а то и тройную игру, выстраивая действие так, что зритель пребывает в полной уверенности, что убийца это (не будем спойлерить), например, вот этот человек. Режиссер позволяет(!) нам так думать и блефует до самого конца, а потом... Раскрывает карты и оказывается в выигрыше. Я, честно, не думал и не предполагал о таком развитии событий. Недаром устами (еще нераскрытого) убийцы Ардженто предупреждает героя (спойлер): «Нет, ты думаешь, что эта истина, а на самом деле это только твоя ВЕРСИЯ истины.» В этой фразе выражена вся философия Джалло, вытекающая из...мировоззрения Фридриха Ницше, утверждавшего, что: «Истина - это иллюзия, об иллюзорной природе которой все позабыли».

Следует отдать должное Дарио Ардженто и в другом отношении. Он не просто не отправляет повествование в вольное плавание между убийствами, но и старается как можно больше разнообразить антураж всевозможными символами, странными архитектурными сооружениями, литературными памятниками, картинами, статуями и другими произведения искусства (будет иметь место даже своеобразная «наскальная живопись»). И у него это получается просто великолепно. Множество метафор, аллюзий и сцен были впоследствии неоднократно цитированы в других фильмах. Скажем последняя эпизод, когда лифт, чей механизм только что отрубил голову человеку (главному злодею), спускается вниз, а на его пол медленно падают капли крови, то кажется, что он направляется прямиком в преисподнюю (после чего следует потрясающий кадр с призрачным, потусторонним отражением лица Маркуса в «кроваво-красной» луже). На точно таком же лифте неоднократно спускался герой Микки Рурка из фильма «Сердце Ангела», когда направлялся на прием к самому дьяволу.

С чисто технической точки зрения, фильм привычно оказывается на высоте. Снятый за смешные деньги, он даст фору большинству блокбастеров жанра ужасов. Шокирующая, липкая, втягивающая в себя атмосфера паранойи и сюрреалистического кошмара достигается благодаря невероятным профессиональным и техническим навыкам съемочной команды, и в особенности, естественно, самого режиссера. Операторская работа кажется достигает в фильме предельного мастерства. Пластика, грация, подвижность камеры в murder-сценах сменяется абсолютно симметричными, многослойными и архитектурно выверенными второстепенными эпизодами. Особая камера, работающая по принципу эндоскопии, это не просто техническое новшество, но активно действующее лицо, основной транслятор всего дискурса фильма. Она исследует, анализирует все точки зрения, смотрит на мир попеременно глазами - жертвы, случайного свидетеля, постороннего неодушевленного объекта и, наконец, самого убийцы, пробуждая в зрителе вытесненные чувства «постыдного удовольствия». Что касается музыкального оформления, то оно довольно странное. За исключением пары треков «Гоблина» львиную долю звукового сопровождения составляют... блюз и соул. Ощущение очень необычное, ведь благодаря Стивену Содербергу и Гаю Ричи подобного рода музыка вызывает ассоциативную связь с комедийными боевиками, а не хоррорами, поэтому некоторые сцены начинают выглядеть само-пародийно. Словно Дарио Ардженто уже старается выдерживать дистанцию и смотрит на свое творение со здравой иронией. Парадокс заключается в том, что сегодня, после колоссального количества подражаний (вплоть да сверхтроллинга в виде «Очень страшного кино»), подобный взгляд выглядит оригинально и обоснованно. Впрочем, может это просто совпадения или мое чисто субъективное восприятие.

Резюмируя, следует отметить в «Кроваво-красном» выдающиеся художественные достоинства, «высокий стиль» и профессиональное исполнения. Хотя, это и привычная картина для жанра Джалло как такового, но отличие данной ленты заключается в том, что она в дополнение ко всему сохраняет целостность и единство повествования, а не мякнет сразу же после первого убийства как половой орган после неистового соития. Также нужно сказать, что и сегодня спустя сорок лет после премьера, фильм выглядит хоть и несколько потрепанным (благодаря сиквелам и устоявшимся штампам), но все еще довольно бодрым и в то же время и по-классически аристократичным.

Кроваво-желтое
Название этого фильма - обман, игра. Если по-русски говорят о «желтой прессе», то в итальянском есть соответствующее «желтое» кино, «джалло». И маэстро джалло - как раз Дарио Ардженто, подражателями и плагиаторами которого были Амато и Хесус Франко, обиравшие, впрочем, не только его. На фоне этих торговцев экранным мясом Ардженто - художник, не опускавший планку слишком низко. Но жанр остается жанром, «джалло», аналог американского слэшера, это назамысловатые, достаточно скандальные фильмы о психопатах-убийцах, с небрежной проработкой сюжета и картонными героями. Это почти эксплотейшн, то есть беззастенчиво паразитирующее на жеманно-нежных чувствах зрителей «бульварное» кино, которому под пленительным небом Италии отдали должное и недолжное многие авторы, среди которых Деодато и даже мэтр - Пазолини в «Сало». Фильм «Кроваво-красное» снят в 1975, то есть самую благодатную эпоху, через год после классического беспочвенного мочилова «Техасской резни», когда грайндхаузовые фильмы с мешаниной зомби, вампиров, рокеров и прочих врагов рода человеческого вовсю удовлетворяют адреналиновый голод публики.

Ардженто в узнаваемом стиле, не менявшемся от «Четырех мух на сером бархате» до «Инферно» и «Джалло». Экономный визуальный ряд, без толпы статистов и со скудным багажом инвентаря. Большие массы цвета. Театральные мизансцены, когда внимание не отрывается от немногочисленных персонажей, главных и второстепенных, сменяются паузами с пустоватыми интерьерами, условными, студийными, и нагнетанием неопределенного напряжения, не сказать, что страха. Задник - среднеевропейский город, его предместья. Часто съемка максимально приближает вглядывающийся глаз к небольшим предметам и, конечно, плоти, подвергающейся насилию, не особо достоверному, несмотря на всю натуралистичность. Задерживаясь на неодушевленной материи, Арженто пытается использовать нехитрый гипноз, больше навевающий скуку. Непременно вовлекается в действо и дозированная эротика, но тут Ардженто, как посмотреть да посравнить, - прямо пуританин. Ему достаточно внешней аппетитности главных жертв. Зато он любит пощекотать сантименты, показывая убитых животных, сопровождая зловещие сцены флешбековыми репликами из детства монстра, веселой ребячьей песенкой, повешенными и обезглавленными куклами, маской с младенческим личиком. Диалоги либо нарочито не связаны с интригой, либо откровенно подталкивают ее. Преследование, показанное «со стороны» крадущегося убийцы, - лучший способ скрывать лицо маньяка и заострить внимание на его ноже, тесаке, руках или хотя бы обуви. Персонажи «совершенно случайно» оказываются в обстоятельствах пространственно-временных или каузальных, где уж ничто не может им помочь. Типичный сюжет - американец или американка волей или неволей разыскивают в Италии яростного членовредителя. Англосаксонского протагониста Ардженто изображает с неизменной серьезностью, шаржируя, впрочем, персонажей второго плана и даже самого монстра. Здесь - Дэвид Хеммингс, знакомый по «Фотоувеличению» Антониони и оттеняемый хамоватым, циничным полицейским, пожирающим бутерброд на месте кровавого преступления, и феминистичной журналисткой - любительницей армрестлинга (Дариа Николоди), пожилой актрисой, страдающей маразмом.

Отчасти даже спародирован сюжет незабвенного «Блу-апа». Джазист Марк не просто видел терзаемую ножом соседку в окне своего дома и нацистский черный кожаный плащ подозреваемого, он видел еще «что-то», чего и сам не помнит толком. Какую-то картину, которая пропала почти сразу после убийства телепатки, напролом проникшей в чьи-то гротесково жуткие мысли и подарившей изумленной аудитории несколько бессвязных реплик. Пообрюзгший «мистер сексапил» Хеммингс идет по следу! Чем и вызывает вереницу новых кровавых драм. По сравнению с более ранними «Четырьмя мухами», кастинг жертв произведен с учетом пола и привлекательности, это в основном женщины, убийства стали более жестокими, сломанными ногтями дело не ограничивается, красоток и не только насаживают горлом на осколки стекла, пытаются удавить в кипятке, демонстрируя обваренное лицо, им вонзают кинжал, отрывают голову цепочкой. Нажим на сантименты стал мощнее - с начала мы знаем, что как-то на пасторальном фоне новогодней елки под детскую песенку и истошный крик кто-то кромсал кого-то. Дальше в ход идут куколки и корявые рисунки. К прежним голым стенам добавились, может быть, в связи с бюджетностью, пышные висконтьевские интерьеры. Ардженто освободился от хичкоковских стандартов, саспенс подвешен не так упруго. Эффектное насилие, кетчуп на паркете и бидермейеровской мебели стали ему интереснее, чем старомодное подозрение, не минующее никого. Надо бескорыстно любить кинематографическое зло, чтобы от одной расправы к другой сидеть как на иголках. Но это и подразумевает жанр, хотя, конечно, до похождений некрофила Кожаной морды или гурмана Лектера «Кроваво-красному» далеко.
Рассказать друзьям
Важно!
Если вы видите надпись «Контент недоступен в вашем регионе», «Video blocked», «Sorry something went wrong! Error [601]», то вам необходимо установить или включить VPN.
Кадры из фильма
Мы вконтакте
Мы в инстаграме
Отзывы 0
Чтобы оставить отзыв, вам необходимо авторизоваться